Сразу отметим, что основополагающие факторы по своей метафизической природе являются негативными, т. е. за точку отсчета избирается утверждение не на основе собственной самодостаточности, а путем отталкивания от чего-то противного. Слабость подобной позиции заключается в зависимости (как прямой, так и косвенной) от объекта противостояния. Если последний по какой-то причине прекратит свое существование тут же утратит смысл существования и субъект.
Таким образом, Донцов указывает на два изначальных постулата, без которых невозможен «украинский интегральный национализм»: культурное противопоставление «Москве» и социальное «социализму». Поскольку они заложены в фундамент данной идеологии, ожидать устремленности на какое-либо сближение и взаимопонимание с «Москвой» и «социализмом» в будущем не представляется возможным. Ведь тогда национализм утратил бы свою суть и стал чем-то другим.
Впервые эта работа вышла в свет в 1926 г. в Жолкве. Передо мной «трет видання, справлене автором», напечатанное в 1966 г. «Укранською видавничою сплкою» в Лондоне. В предисловии к этому изданию Донцов указывает: «Основн де «Нацоналзму» були передусм антитези драгоманвському «малоросянству». Трактованню Украни як провнц Рос, що претендувала лише на деяк «полегш» культурного й соцяльного характеру, «Нацоналзм» протиставляв дею полтично нац: нац, деалом метою яко був полтичний державницький сепаратизм, повний розрив з усякою Росю, а культурно повне протиставлення цлому духовому комплексов Московщини; пд оглядом соцяльним негаця соцялзму. Це була повна антитеза «гермафродитському» свтоглядов тодшнього демо-соцялстичного укранського провдництва» (с. 3).
«Повна антитеза»
Потому главным объектом нашего исследования становится труд Дмитрия Донцова «Нацоналзм» как главное хранилище идей «украинского интегрального национализма».
И хотя далее имя этого идеолога там не упоминается, процитированное замечание очень важно: внутреннюю составляющую, внутреннюю логику действий Бандеры, Шухевича, их соратников и последователей не уразумеешь, не имея представления о сути учения Дмитрия Донцова. Ибо Бандера без Донцова все равно что тело без души. К тому же концепции последнего не утратили актуальности и сегодня именно они составляют идеологическую основу ВО «Свобода», вдохновляют на пламенные речи Тягнибока, Фарион, Ильенко, Михальчишина.
123 с. (Знаменит укранц)
Харкв: Фоло, 2009.
1 Частй Р. Степан Бандера.
Для понимания же смысла внешних проявлений действий необходимо выявить их движущие причины. В книге «Степан Бандера»[1], вышедшей в серии «Знаменит укранц», ее автор Руслан Частий апологет своего героя пишет: «Начитавшись у польськй в'язниц творв деолога укранського нацоналзму Дмитра Донцова, Бандера вважав, що ОУН недостатньо «революцйна» за свою суттю лише вн, Степан Бандера, у змоз виправити становище» (с. 47).
Таким образом, краеугольным камнем рассмотрения проблемы вместо бессмысленного «герой или не герой?» должен стать вопрос, определяющий качество явления: «каков этот герой?».
Речь, конечно, не просто о человеке по имени Степан Бандера, а о тех политических идеях, которые он воплощал своей деятельностью. Ведь сказать, что он «боролся за независимость Украины», ничего не сказать. Главное уяснить, что же он вкладывал в понятие «независимой Украины». То есть какова его программа, какой идеологии он придерживался, в чем сущность его жизненных установок?
А внутреннее столкновение отнюдь не мнимое остается, как правило, за кадром. Поскольку возникает не как следствие поверхностной митинговщины и взаимоисключающих лозунгов, но в силу того, что жизненные уклады и глубинные настроения оказались у граждан независимой Украины в корне различными. Здесь впору вспомнить известную поговорку: что для русского хорошо, то немцу смерть. Так и с Бандерой: для одних он вполне органичен, другим совершенно чужд.
Столкновение здесь происходит в двух пространствах внешнем и внутреннем. Причем во внешнем оно мнимое, поскольку реализуется в непересекающихся плоскостях. Имею в виду, что каждая из сторон, выстраивая собственную систему аргументации, сознательно отбрасывает все, что туда не вписывается, действуя по известному принципу: если факты противоречат моей теории, тем хуже для фактов! Как результат оппоненты не видят, не слышат, не понимают (и не хотят понимать) друг друга. Вот и выходит, что для кого-то Бандера пламенный борец за независимость Украины, для кого-то преступник, предатель.
И это не преувеличение. Ведь данную проблему нельзя свести к пресловутому «делу вкуса»; и порождена она не издержками советской пропаганды и не потребностью современной украинской молодежи (преимущественно на западе страны) иметь своих героев. Она коренится гораздо глубже, затрагивая ментальную сущность двух субэтносов украинского народа.
«Кто они: герои или злодеи?» Этот вопрос, поставленный по отношению к деятелям сравнительно недавнего прошлого Степану Бандере и Роману Шухевичу, приобрел у нас сегодня настолько принципиальное значение, что без его объективного решения бессмысленно говорить о будущем государства.
Дмитрий Донцов (1883 1973)
Об интегральном национализме Дмитрия Донцова
Что такое? Кто такой?
Что такое? Кто такой? > Ракурс > Еженедельник 2000
Комментариев нет:
Отправить комментарий